Дек 04 2017

Паладин из Нашора-Шарта (главы 7,8)

Глава 7.

История Грея оказалась довольно сложной: молодой демон и приставленный к нему покровитель сначала недоверчиво относились друг к другу. Но когда оба поняли, что за недоверием стоит больше смущение и страх, то решили – а, собственно, чего бояться? – и скоро подружились.

В отличие от Грея, Лиес хоть и считался богом этого мира, но по сути был таким же гостем, просто правами повыше. И его назначение на роль Светозарного его долгое время раздражало. Теперь же, когда он больше известен как покровитель закона (и его нарушителей), ему живётся проще. Но тут подвернулся «босс» (который был кем-то вроде создателя Мира), который уговорил провернуть эту странную шутку – особенно учитывая, что Грейлан изо всех сил отказывался принимать свою судьбу. «Раз не хочет играть заранее прописанный сценарий – тем лучше. Опишу ему свой» – сказал босс. Так и случилось.

К слову о демонической природе, а точнее её теперешнем отсутствии – это всё было ложью. Это напугало Грея, а когда он узнал, что всё же ПОЛУЧИЛ дар крови – это напугало его ещё больше. Но, как оказалось, его дар действительно причинял муки. Муки совести. Под взглядом Грея совесть просыпалась в любом – и первый, кто на себе это почувствовал, был сам дед Эргот.

– Ну, для паладина это очень даже хороший дар, взывать к совести. – закончил Лиес. – А учитывая что я ему дал хорошую интуицию, это вдвойне удобно. Посмотришь на преступника – и он сам идёт раскаиваться. Недавно меня пытались обокрасть в столице. МЕНЯ! Я бы испепелил наглеца, но уже не то время. Грей посмотрел на него, мальчонка вернул мне кошелёк и извинился… теперь он больше не сможет воровать.
– Я его встречала уже, – заметила Люба. – Но если бы не его неудачная попытка воровства, я бы так и не узнала, что вы здесь. А кстати, почему здесь, а не в Лицее Великой Матери?

Лиес поморщился, а Грей пояснил:
– Двуликий отговорил меня туда идти, там сильная дискриминация… а я не то что не похож на существо женского пола, но даже и на влада не тяну.
– Ну, предположим, превратить тебя в девчонку не проблема, но жрицы тут же заметили бы подмену. А меня вообще бы поганой метлой погнали. Хотя мы с Великой Матерью в хороших отношениях, но об этом вообще никому не полагается знать. Для обитателей этого Мира мы – небожители и вершители судеб. А на самом деле всё гораздо проще…
– Угу. Мне вот так вот уже несколько секретов открыли, у них там ситуация не лучше чем у нас, только свободы больше… и обязанностей. Кстати, как там дед? Не натворил ли чего?
– С Эрготом всё в порядке, он заперся в имении и грозит испепелить взглядом любого, кто сунется к нему в ближайшую сотню лет. Даже свою Академию бросил, потому что уже убил пару своих студентов. А совесть (пробуждённая тобой же!) не даёт убивать дальше.
– Старик был бы рад, что его внук приносит такие мучения, если бы не был первой жертвой этого дара, – задумчиво произнёс Лиес. Затем подозрительно умолк.

– Опять? – насторожился Грей. Люба вопросительно посмотрела на друга.
– Маги экспериментируют в катакомбах Ашейхена, поэтому туда лучше не соваться. Поэтому мы и пошли сюда. – пояснил молодой паладин. – Иногда вылезает такая дрянь, что только на нас и надежда. Здесь учёные, а не воители. Они даже свои руны не умеют правильно направлять!
– …нет, в этот раз всё в порядке, – прервал свою внезапную медитацию Двуликий. – Но нам нужно поторопиться, кое-кого занесло прямо в Аальтекай Кианот.
– Кольцо оракулов, построенное иджиалами?! Нам явно понадобится проводник. – взволновалась Люба. Всё же, хотя иджиалы и перестали нападать на остальных, заблудиться в пустыне было делом простым: сказывались чары древних магов.
– Недавно в Ашейхен вернулся тот самый шаман… как там его… Кетцаль. Иджиалы приняли его за своего, но с ним ещё надо договориться. Надеюсь, ты справишься с этим, девочка. Мне пора идти, приду, когда наступит время.

– Э! Не исчезай, ты мне проспорил! – дёрнул за рукав Лиеса Грей. Двуликий вздохнул, и достал из кармана горсть золотых самородков. После чего исчез окончательно.
– Благословение Нарада, – пояснил Грей подруге. – Когда этот псевдобожок ушёл, он оставил после себя таких целую кучу. Кидаешь во врага, и он превращается в статую из чистого золота. Против големов то что надо, чистое золото удивительно мягкий металл. На наше счастье, духи-искатели подобрали все благословения до единого.

Поиски Кетцаля заняли немного времени: найти шамана среди учёных было проще простого: он единственный носил маску, как иджиал.

– Доброго здоровья тебе, шаман, нам нужна твоя помощь.

Шаман повернулся к Грею и Любе, и хотя его лицо было скрыто за маской, Люба почувствовала его жаркий сканирующий взгляд. Он был идеально спокоен, но привычка требовала узнать, с кем он имеет дело.
– Странно видеть вас вдали от дома. Но вы не такие. Что вам нужно? – спросил он. От его голоса веяло той самой невероятной силой, которая до сих пор была доступна только иджиалам. Да и фразы были короткими, не свойственными игрокам.
– Аальтеркай Кианот принял гостя, которому это не пойдёт на пользу. Его нужно вывести, пока не поздно.
– Откуда эта информация? Это не ложь. Но это не Его слова.
– Это слова Лиеса Двуликого, моего наставника, – сказал Грей.
– Такаль говорил об этом. Демоны придут в священный круг. Но это станет началом нового. Демонов больше не будет.

Грей и Люба переглянулись с заметным опасением.
– Не стоит трактовать пророчества иджиалов слишком буквально, может быть это в переносном значении «не будет»? – предложила Люба. – Например, мы превратимся в людей или что-то в этом роде…
– Не знаю. Только демон сможет узнать правду о пророчестве. Я человек. Но я поведу вас. Запаситесь едой и водой. Пойдём пешком. Наденьте белые одежды. Тогда Они пропустят вас.
– Кетцаль, ты же раньше был гостем… а теперь даже выражаешься, как иджиал. Что случилось? Неужели на тебя так повлияли пустынные жители? – спросил Грей. Шаман кивнул.
– Повлияли. Они чище людей. Чище гостей. Будем говорить в пути. Сейчас готовьтесь.


Прошло несколько часов пути по раскалённым пескам, но никто из тройки путешественников не устал – Кетцаль часто ходил здесь, а демоны всегда были удивительно выносливы.
– …то есть, по приказу Его, все храмы просто ушли под землю? – уточнил Грей проводника.
– Да. Их больше нет. Остались места силы. Священный круг – одно из них. Даёт откровения тем, кто готов.
– А ты Его видел?
– Да. Но не назову Его имени. Накажут предки пустыни. Мы пришли.

Люба и Грей огляделись: место действительно было неприметным – среди песков выглядывали небольшие каменные валуны, размером с волка, полукругом.
– Нужно помолиться, чтобы попасть. Я начну, – сказал Кетцаль, и затянул внезапно красивый напев, который нигде не слышали ни Грей, ни Люба.

«Грей, его переполняет целая буря эмоций… никогда такого не видела!», шепнула Люба, не рискуя нарушить эту тишину.

Грей думал, что бы это значило, пока не понял, что делать. Он подошёл к проводнику, и взял его за руку. Девушка же взяла за руку Грея.

Первое, что почувствовали Грей и Люба – был дикий ужас, который сковал их на месте. Это было настолько страшно, что не хватило сил даже кричать… или разжать руки. Неизвестно, сколько это продолжалось, но шаман, не смотря на перепуганных спутников, внезапно развернулся, и взял кого-то ещё. Наконец, Кетцаль закончил свой напев, и чувство ужаса пропало так же неожиданно, как и появилось.

– Простите мне мои методы. Страх открывает глаза больше всех. Вот та, за кем вы пришли.
– Ну и шутки у вас! Это было самое страшное, что я пережила в своей жизни! – восторженно воскликнула какая-то девушка в красной мантии и тюрбане. Размотав повязку с лица, Грею и Любе открылись знакомые кустистые брови и зелёные глаза.
– Аолен? Ты что тут делаешь? – удивился Грей.
– Тебя хотела провидать. Воспользовалась порталом тётки, да как видишь, её случайность, помноженная на мою удачу дали вот такой вот результат. Знала бы, нашла бы самое дырявое корыто, и отправилась бы на большую землю вплавь, благо теперь это реально. Но я прождала вас всего три дня, и за это время успела найти кучу всего интересного.
– Осквернительница. Но право имеешь. Живёшь три дня, значит можно, – пробурчал Кетцаль.
– Показывай, что ты там нашла, – сказал Грей. Аолен указала на один из камней.
– Просто посмотри на него, как смотрят на гадальный шар. – сказала девушка. Паладин склонился над камнем, и стал вглядываться в трещины на его шероховатой поверхности. Трещины тут же пришли в движение, и на них стали проявляться буквы – строчки сплетались в кружева, перемещались, как клубок змей, но всё же глазу было очень удобно читать их.

«Он и Она и Она, трое иных. Найдя лишь Его, они повернут свою судьбу и судьбу тех, кто за ними. Он повернёт ход событий, оросив из рук Его один из Них. И они будут в печали, но они будут в свете. Им придёт конец, Он принесёт конец Им.»

– Понятно что ничего не понятно. – сказала Люба. – Там точно всё так написано?
– Точно. Язык Предтеч.
– В таком случае, можно я позову на помощь своего покровителя, или для этого нам лучше выйти из святыни иджиалов? – спросил Грей.
– Нет. Только вне круга. Я отправлю вас порталом. Моя роль выполнена. Прощайте.

Кетцаль начертил на земле круг зелёного огня, куда и вошли подростки. Сам же шаман остался в священном месте.

Глава 8.

– Есть у кого-нибудь какие-нибудь идеи по поводу того как он его, а они их и они его тоже а он их, или что там было в этой белиберде? – спросила Аолен.
– До сих пор не могу понять, почему язык Предтеч выглядит именно таким образом. Но его составитель только отмахнулся, мол «язык получился живым и самостоятельным». Отказался помогать… думаю, ему самому интересно как будут развиваться события, – сказал Лиес.
– Я поняла только то, что надо что-то оросить. Оросить чем-то жидким из рук… похоже на зелье. Вот только какое… – задумалась Люба. Двуликий хлопнул себя по лбу.
– Ну конечно! Тут наверняка замешан тот безумец, который родился по ту сторону Лабиринта Тайн!

– Случайно не тот самый, который ужасно коверкает слова? – спросила Аолен.
– Да, это име́нно тот а́лхимик, про ко́торого ты дума́ешь, – сказала Люба, отчаянно жестикулируя и закатывая глаза. Это выглядело настолько уморительно, что Грей расхохотался.
– Для начала нам надо будет найти его дом, он кочует с места на место, как и сам Лабиринт. Дядюшка Лиес, может быть вы поможете? – спросила Люба.
– Ты конечно очень милая девушка, но нет, – улыбнулся Двуликий. – На меня, как и на любого из богов, ваши фокусы не действуют. А жаль. За этим делом обращайтесь к картографам, в Ашейхене их должно быть сейчас достаточно. Двух вам хватит?
– Ой, точно! Как-то не подумала даже.

– Всё-то ты подумала… просто тебе нравится быть милой и в меру глупенькой. Симпатичная маска, но на самом деле ты другая. Добрая. Умная и хитрая, но в меру… знаешь, как звучит твоё имя полностью? Любовь. Это имя из мира гостей. Хорошая шутка… одна из лучших, какую смог устроить Грациар. Как корабль назовёшь, так он и поплывёт. И ты не менее введена в заблуждение, по поводу твоего дара.

Люба слушала, приоткрыв рот от удивления. Это было неожиданно, но приятно.
– Грей, сходишь к картографу? Я на тебя уже посмотрела раза три, он должен бы ждать тебя за соседним столиком. – сказала Аолен. Юноша послушался подругу, и пошёл в сторону Университета.

Как и предсказывала племянница Хозяйки Случайностей, молодой паладин столкнулся с таким же молодым, высоким (почти под два метра), и на вид жутко рассеянным магом в грязной мантии.
– О, простите! Я не хотел вас сбивать с ног! – сказал маг, быстро откланиваясь.
– У тебя это так и не получилось, скорее сам чуть не упал, – улыбнулся Грей, помогая магу поднимать упавшие свитки. – Ты часом не картограф?
– А, кто, я? Да, я картограф, по крайней мере тогда, когда мастер в разъездах.
– Мне бы карту одну…
– Карту можно, куда? Есть точные координаты?

Грей замялся. Сейчас вот будет сложно.
– Ну, честно говоря, нет. Мне нужно местоположение алхимика, что живёт рядом с Лабиринтом Тайн.
– Лютеро Константа? А, я знаю его! – обрадовался маг. – Он готовит неплохие зелья, иногда присылает мне по магической почте, правда я не уверен что их можно пить, но они красиво смотрятся на полочках. Так, тебе нужно с ним встретиться?
– Да, и для этого мне нужна карта, где он находится сейчас. Желательно зачарованная, его дом постоянно меняет своё местоположение.
– Зачем карта, когда у меня есть магическая почта? Я мог бы… впрочем нет, это глупая мысль. Представляешь, я подумал что можно было бы уменьшить тебя и отправить по почте.
– Да, действительно глупая мысль! – усмехнулся Грей, попутно замечая, что собеседник ему достался хоть и забавный, но бестолковый.

– Так вот, зелья, которые он варит, он смешивает и хочет получить то, чего нет! Говорят, позавчера он это уже сделает.
– Послезавтра?
– А? Да, послезавтра, оговорился. Я свободно разговариваю на Всеобщем и Южном, но иногда могу путаться в собственных мыслях. Так вы хотите встретиться с Лютеро?
– Да, я уже говорил…
– Тогда вам наверняка понадобится карта!

Грей сверкнул глазами в сторону бестолкового мага, но ничего не случилось. Это было не издевательство, а природная рассеянность.

– Да, кстати, как так получилось что вы умудряетесь совмещать сакральную и демоническую магию? Ваша аура довольно странная, как будто… ай, не важно, похоже я снова что-то напутал, – разговаривал сам с собой маг. – Пожалуй, я мог бы дать такую карту, у меня она была с собой.
– Где?
– Сейчас поищу… куда я дел эти свитки…
– Вообще-то они у тебя в руках, – почти крикнул Грей. Но странный маг обрадовался, и стал рассматривать их, как какую-то диковинку.
– О, и правда! Спасибо огромное, ты мне очень помог! Только мне эти свитки нельзя было выносить из библиотеки, меня накажут.
– Не накажут, если ты вовремя их отнесёшь обратно.
– Да, точно. Спасибо за заботу! – сказал маг, и достал из кармашка миниатюрную руну. Чиркнув по ней ногтем, он исчез.
– Вот ведь… а один свиток всё-таки уронил. – проворчал юноша, рассматривая свиток. Это оказалась не карта, а скорее инструкция:

Нынче звёзды сложились причудливым образом. Думай о завтрашних мыслях, ибо вчерашние уже в прошлом, и только так ты пройдёшь сквозь нужный портал. Как бы то ни было, ключом от моего нынешнего пребывания является ни много ни мало, невезение. А посему попроси открыть портал, и если твоя судьба не будет слишком громко петь о разногласии, то ты окажешься прямо у порога моего дома. А может быть, и не окажешься, если выберешь не тот день.

Алхимик Лютеро Константа
Отправлено за день до получения.

Перечитав текст письма несколько раз своим спутникам, Грей объявил:
– Мне кажется, что нам без тебя тут никуда. Ты ведь специально это всё подстроила, Аолен?

– А я-то что? – обиделась девушка. – Ты ещё с моей тётей не путешествовал, когда рядом с тобой та, кто повелевает удачей, любое приключение оборачивается роялем в кустах. И потом, невезение это не ко мне, я умею только приносить удачу.
– Умеешь, ещё как, – усмехнулся Лиес, и исчез. Для Грея это стало нехорошим знаком: скоро запахнет горелым, вот его учитель и смылся.

– Хорошо. Тогда давай попробуем наоборот. Я смотрю на тебя, и ты кидай вот эти вот кости. Выкинешь десять единиц – значит ты сможешь пройти через портал невезения. – предложила Аолен, и выложила на стол горсточку игральных кубиков.

Грей подбросил их, но они все упали вразнобой. Затем ещё и ещё…
– Эй, кто тут гремит? Тут запрещены азартные игры! – внезапно раздался голос охранника. Грей! От тебя я такого не ожидал! Ректор всё узнает о твоём поведении!
– По-моему подействовало. Давай, открывай портал, хоть домой, не поверю что у тебя его нет, – махнул рукой юноша.
– Осторожнее там! – попросила Люба. Грей улыбнулся, и тут же провалился в пропасть: портал Аолен оказался прямо под ним.

Добавить комментарий

Your email address will not be published.